Встречи со «своими» людьми — это настоящее благословение, подарок, который дается жизнью. Порой и не знаешь, как им распорядиться, как к нему отнестись, ведь даже ваши разговоры сложно втиснуть в рамки слов, чтобы передать всю их глубину. Поэтому я целых три месяца просто смотрела на интервью с моим другом, Александром Бхардваджем, прежде, чем публиковать его здесь. Будто сама осознавала, проживала до конца.
Мой собеседник провел в России всё детство и подростковые годы, а последние два десятилетия живет в Индии. Его рассказ о том, как он стал проводником по этой стране — очень индийская история, извилистая, сложная и оставляющая след в сердце слушателя…

Снимок экрана 2016-08-30 в 13.30.04— Итак, Саша, если я правильно понимаю, то с самого начала это был такой микс двух культур, двух стран, языков: у тебя папа индиец, мама русская с индийскими корнями. Она хотела жить в Индии, он хотел работать в России, поэтому ты родился здесь, потом вы уехали в Россию, а потом вернулись… Как же ты получал образование в таких контрастных условиях?

— Мы жили в Тверской области, где отец работал. Я учился в обычной школе — русский язык у меня все-таки первый благодаря маме. Но где-то в 1994 году мы вернулись в Индию — она очень скучала по этой стране и уговаривала отца ехать обратно. Даже в какой-то момент уехала без него, со мной, а он присоединился к нам чуть позже. Здесь, в Дели, я поступил в школу при российском посольстве, потому что хинди практически не знал. Но за год до моего окончания школы мама тяжело заболела — у нее нашли психическое расстройство, и с этого момента мне нужно было начинать работать. В свои 17-18 лет я не понимал, на что способен, что могу делать, какие у меня качества, как вообще можно применить здесь свой свободный русский язык… В какой-то момент начал работать официантом на свадьбах вместе с неприкасаемыми.

— В то время, как ты сам из касты браминов, то есть самой высшей. А неприкасаемые совсем недавно перестали называться этим обидным словом и сегодня относятся к группам низших каст. Но на протяжении веков они были выброшены из системы каст, то есть, по определению, к браминам и приближаться не смели, верно?

— Да, в традиционной кастовой системе, которая отменена еще в прошлом веке (но продолжает жить в умах людей), это именно так. Однако в жизни все по-другому — мне нужна была работа, потому что на фоне маминой болезни отец начал пить и зарабатывал теперь только я.

Снимок экрана 2016-08-30 в 13.27.56— Еще вопрос по поводу этой работы и вековых традиций: неприкасаемые же не могут трогать еду, которую потом будут есть гости на свадьбе, то есть люди из более высоких каст?

— Верно. Они и не трогают еду, только разносят ее. Вообще-то работа официантом не считается уважаемой в Индии, на тебя смотрят с презрением. Ну, может, если в пятизвездочном отеле работаешь, то чуть получше, но всё равно это позорно. Надо понимать, что в Индии историческое прошлое имеет большое значение, его хранят, поэтому такое отношение. Это сегодня называется «официант», а раньше — просто человек, которого могли пнуть, обругать, а он должен был молчать и терпеть. У истоков профессии стоят рабы, слуги. Здесь все это помнят. Поэтому представитель высокой касты из хорошей семьи не пойдет работать в сферу обслуживания. Но мне это было не настолько принципиально, потому что до работы официантом я успел и овощами поторговать, и кондуктором поработать…

— Овощами?! Это вот как обычно в Индии выглядит — на тротуаре расстилают газетку, выкладывают на нее овощи, а продавец сидит рядом за земле?!

— Да, я в Дели так и торговал. Взял в долг денег, купил овощей — машины из сельских районов приезжают, привозят, можно у них напрямую брать. За место на дороге заплатил, конечно, потому что такие места всегда кому-то принадлежат. Но проработать больше двух недель не смог, честно. Да и проблемы возникли — отец забрал деньги, которые я заработал на овощах, и пропил. Поэтому пришлось искать другую работу, не требующую изначальных вложений. Так я стал кондуктором.
Это было получше, заработок значительно больше, но только жить так очень сложно — представь: все время в пыли под открытым окном, одежда быстро становится грязной, все время с кем-то ругаешься… Но это еще ладно, в любой работе свои сложности. Просто тут развития не было дальше никакого, меня это откровенно угнетало.
О, забыл! Где-то там в промежутке я еще работал помощником в компании, производящей дезинсекцию в магазинах — мы приходили, разбрасывали все эти химические порошки, уничтожающие насекомых, пускали ядовитый дым. Заработать удавалось, но вопрос «что дальше?» оставался.
В общем, то же самое и с работой официантом — год я поработал и понял, что нужно продвигаться дальше, не сидеть на месте. Собрал всех неприкасаемых, с которыми познакомился за это время, сказал, что дам им работу. Поговорил с одним агентством, которое свадьбы организует. Нужен был менеджер-посредник между необразованными официантами, которые не говорят по-английски, и представителями высших каст, которые держали агентство. Я знал язык, умел договариваться, к тому же многие в индустрии меня запомнили из-за моего происхождения. Это я для русских людей выгляжу, как индиец, а местные понимают, что у меня какая-то смесь кровей, и это в их глазах престижно — сотрудничать с «наполовину белым» человеком.

— И как всё развивалось дальше?

— Всё шло достаточно успешно, но со стороны неприкасаемых стала накапливаться зависть. В один день они сговорились и не пришли работать на свадьбу. Разумеется, это очень подкосило мою репутацию. Никто не хочет рисковать в такой ответственный день, тем более в Индии он у многих бывает, действительно, раз в жизни и на него приглашают несколько сотен гостей.
Но ничего, вскоре друг предложил мне работу, связанную с шоу-бизнесом. Надо было работать волонтером на самой долгой дискотеке в мире в Дели. Она шла 50 часов непрерывно, можешь себе представить? Платили всего 200 рупий в день (по текущему курсу это чуть меньше 200 рублей), впрочем, для меня это была нормальная сумма, потому что официантом я зарабатывал чуть больше 1000 рупий в месяц. В то время я уже закончил учиться в институте на программиста…

— Как, ты променял овощи на программирование?)) Шучу, расскажи, как это так вышло и когда ты успел?

— Мне всегда компьютеры были интересны. К тому же все вокруг говорили: выучись, если хочешь потом иметь нормальную работу! Родители, родственники, друзья. А минимально высшее образование в Индии длится 3 года. Так что я закончил его, хоть и с перерывами из-за рабочих нагрузок. В общем, друг предложил мне вот этот проект с дискотекой, надо было только пройти кастинг, продемонстрировать знание английского. А у меня было ощущение, что мой английский — он только для местного уровня подходит, и если меня начнут тестировать те крутые индусы с международными дипломами и прекрасным знанием языка… Они были организаторами мероприятия… Я был уверен, что провалюсь. Но мой друг сказал: «Ты выглядишь образованным, просто приди на кастинг и назови свое имя. Тебе не будут задавать вопросов, вот увидишь».
Я пришел, отстоял длиннющую очередь, многим отказывали, чего я и боялся. Дошла очередь до меня.
— What’s your name?
— Alexander Bhardwaj.
Всё, больше никаких разговоров. Принят! Лицо и имя сделали свою работу.

— Не поняла…

Снимок экрана 2016-08-30 в 13.30.18— А это как раз то, о чем я тебе говорил: индийцы воспринимают меня иностранцем, тем более Александров тут нету. Поэтому те люди решили меня не проверять: раз иностранец, значит, автоматически английский знает. Тогда я обрадовался, увидел, что кое-какие преимущества у меня есть, ну, по крайней мере, в этой индустрии. Забавно, но в некоторых регионах местные со мной начинают говорить сразу на английском и очень удивляются, что я знаю хинди и говорю на нем без акцента (прим. Анны Парвати: действительно, я несколько раз была свидетельницей таких сцен).
В общем, так я попал в индустрию шоу-бизнеса, в которой остался на следующие 8 лет. На той дискотеке было много известных болливудских звезд, я их встречал и провожал, делал для них всё необходимое, решал вопросы. В результате работа заняла не 50 часов, а 5 дней, потому что мы участвовали в подготовке шоу и в уборке после.
Я стал работать аналогичным образом на разные компании. Примерно через год задумал открыть свой офис. У знакомой девушки было помещение в самом богатом районе города, южном Дели. Мы с ней начали работать, как партнеры, что-то сами реализовывали, где-то выступали только помощниками. Своего оборудования у нас не было, приходилось крутиться, где-то постоянно одалживать оборудование или перебрасывать с точки на точку… У меня по-прежнему не было свободных денег, чтобы вложить их в дело, поэтому я выбирал только те проекты, в которые не надо вкладываться. Мне нужно было зарабатывать.
Делали модные показы, организовывали концерты, очень много разных рекламных кампаний по всему Дели. Для одной из таких кампаний я собрал 700 человек — на расклейку плакатов, раздачу листовок… После этого репутация нашего бизнеса выросла, заказов становилось всё больше и больше. Я заработал приличную сумму и вложил ее в один проект тоже в сфере шоу-бизнеса, в сотрудничестве с другими людьми. Один раз проект выгорел и мы получили хорошие деньги, второй раз тоже… А на третий те, с кем мы работали, просто исчезли. Всё пропало. Так жизнь учила меня доверять людям больше.

— Еще раз: жизнь учила доверять людям больше?!

— Да, потому что сомнения приводят к тому, что ты начинаешь искать, в чем подвох. Вроде вкладываешься, но не уверен. Боишься все равно. А твоя боязнь приводит к тому, что тебя, действительно, «объедают». Доверяй полностью. Или уж вообще не доверяй. В общем, всё, что я накопил, у меня пропало. Но репутация делала свое дело и меня позвали организовывать модные шоу в маленьких индийских городах, должно было быть 24 шоу за год — довольно интенсивный график работы. Когда примерно половина шоу была отработана, у моего отца случился инсульт. Я больше не мог ездить по стране — нужно было за ним ухаживать, он тогда чуть не умер… Поэтому я вернулся в Дели и пошел в более стабильную отрасль — переводчиком в компанию Cannon. Постепенно на мне оказались все переговоры с дилерами и дистрибьюторами в России, у меня появилась небольшая команда подчиненных… Но это был уже знакомый круг: полгода-год — и ты уже всё знаешь, нет ощущения роста, развития… Я достаточно быстро наладил все процессы и на работе у меня было много времени, так что я начал даже книгу писать. Еще не дописал.

— Как называется?

— Мемуары русского брамина. Я ее на русском писал, мне так легче. Но в какой-то момент остановился — знал, что на уровне чувств еще должна произойти какая-то трансформация, новая глубина. Когда-нибудь допишу!
Потом из Cannon я перешел в другую компанию, тоже переводчиком и тоже мне это год-полтора было интересно, а потом ушел. И к этому моменту возникло такое ощущение, знаешь, что теперь я готов начать жить так, как хочу, как мое сердце просит. Я люблю свободу, от всего, от этих стен… Я люблю свободу! И я сказал себе, что в офис больше не вернусь. И странная вещь произошла через 2 дня. Через знакомых на меня вышел какой-то грузин, который хотел в Индии закупить черный гранит для каких-то своих строительных нужд. Я назвал цену наугад и предупредил, что никаких профессиональных знаний насчет гранита у меня нет. Но ему это подошло. Он приехал и я выполнил свою часть работы. Вот несколько подобных клиентов у меня было за короткое время. Потом кто-то через знакомых узнал обо мне и попросил стать гидом на «Золотом треугольнике» (прим. Анны Парвати: стандартный туристический маршрут по городам Дели, Джайпур, Агра). И пошло-поехало. Какие-то ребята, приезжавшие в Гоа, узнали обо мне, потом меня рекомендовали знакомым, потом кто-то попросил провести тур по Гималаям — это 15 дней! И я провел, с удовольствием для себя и, видимо, с пользой для той самой первой группы. Начал разрабатывать свои маршруты. Сейчас вожу по стране в самых разных направлениях. Это продолжается уже 4 года. И тут точно есть куда расти :)

— 4 года. Хорошо. А какой есть элемент нестабильности в твоем деле и как ты вообще относишься к нестабильности, с твоим опытом?

— Ну, вот, как видишь, я сам человек нестабильный. Так что очень спокоен на этот счет. Не делаю какую-то специальную рекламу своих услуг, просто верю, что ко мне придут люди, которые должны поехать в тур. Я столько лет планировал и контролировал, пока работал в офисе, в шоу-бизнесе, да везде! И это хороший навык до определенного момента. Видимо, что-то созрело внутри и когда я ушел из офиса, то начал видеть, как всё «моё» — всё, что должно ко мне прийти — оно и так приходит. Или когда я лежу дома на диване, оно зовет меня так громко, что я с этого дивана встаю очень вдохновленным и включаюсь в работу. То, что тебе по-настоящему нужно, само заставит тебя действовать в нужном направлении. Судьбой это можно назвать или принципом, действующим во Вселенной, как угодно…

— С какими сложностями ты столкнулся в своей профессии гида по Индии?

— Я думаю, только с финансовыми. В первое время бывали моменты, когда месяц-два туры не набирались. Но всё равно до того, как я «садился на мель», что-то случалось — приходила предоплата за будущий тур или появлялись какие-то заказы на короткие поездки…

— А как сейчас устроен этот процесс? У тебя ведь бывает по несколько туров в месяц и всё расписано на год вперед?

Группу В контакте ведут мои знакомые русские девушки. Я называю им города, которые можно захватить в течение одного тура, называю примерные даты, они формируют маршрут, хотя, конечно, я порой вношу корректировки, потому что расстояния и поезда мне, как местному жителю, более знакомы. Не очень люблю эту организационную, «сухую» часть работы, но в каком-то смысле это работа над собой.

— Еще насчет сложностей профессии… Ты почему-то не назвал сложных туристов — у тебя их разве не бывает?

Снимок экрана 2016-08-30 в 13.32.59 Сложные туристы? Ты знаешь, однажды у меня в группе был мужчина, очень хорошо знавший Индию, вернее, очень много прочитавший о ней. И он думал, что это равнозначно тому, как если бы он жил здесь и видел здешнюю реальность своими глазами. С моей стороны не было конкуренции, может, он и правда лучше знал материал. Я просто больше обычного молчал в той поездке и всё. А в конце тура он мне сказал что-то из серии: «Я хотел, чтобы всем здесь было понятно, что я мужик». Ну, молодец, ты себе доказал, что ты умный мужчина. Хорошо.

— А что касается эмоциональных перепадов? Ведь наверняка бывает, что кто-то заболевает, устает, раздражается?

— В случае болезни я помогаю выбрать лекарства в аптеке, какие-то натуральные средства на травах, про которые знаю, что они безопасны и быстро помогают. Ну, а эмоциональные перепады бывают у всех, я сам бываю нервный иногда.

— Даже так?

— Ты удивишься, наверное, но в этом смысле я не следую никакому профессиональному кодексу, а стараюсь в первую очередь создать в группе дружескую искреннюю атмосферу. Тут нет 100%-й организованности, пунктуальности. Бывают непредсказуемые моменты, но за спонтанность я эту работу и люблю. У меня нет какой-то строгой цели — что именно через этот тур дать людям. У каждого все равно будут происходить свои тонкие процессы, ведь сама страна к этому располагает. Мы все живые люди. И да, я тоже участник происходящих в группе духовных трансформаций. Сейчас у меня рождается новый тур, он называется «Дорогами Будды», и я как раз прихожу к пониманию: всё это время не только и не столько я вел туры, сколько они меня вели…

Добавить комментарий